Ответ в теме: Любая жизнь — это чья-то смерть…

Заолун Истории Летописи Любая жизнь — это чья-то смерть… Ответ в теме: Любая жизнь — это чья-то смерть…
Бенджамин Лоуренс
  • Раса: вампир
  • Возраст: 38 лет (698)
  • Сфера деятельности: ученый, врач, бизнесмен - владелец сети клиник
  • Личный кабинет:
  • Сообщений: 335
308

Бен благоразумно промолчал на реплику Эрин про церковь. Он не был уверен, что святая церковь имеет ко всему этому хоть какое-то отношение. Да, у того, что они нашли, есть нечто общее с тем, что создают люди своими молитвами, и все же это не идентично. И проблемы решает не «святой» заряд, а его связь с чем-то иным.

Но можно до скончания веков спорить на этот счет, только времени-то у них и не было.

Он помогал Эрин облачаться в комбинезон. С непривычки дело это достаточно сложное, хотя костюм был более-менее удобнее — не в пример тех, что были государственных клиниках.

— Ладно, признайся, в наручниках я вам понравился. Можем потом повторить!

Сказано это было без намека на смех. Спокойным и серьезным тоном. И лишь тот, кто знал Бена, мог понять: вампир шутил. Но в каждой шутке есть своя доля. И кто знает, на что бы он пошел, если бы…

Но сейчас было не время для фантазий, тем более такого плана, потому что впереди их ждал совсем не соблазнительный вид.

И все же долго держать «физиономию» Бен не смог. Новая реплика Эрин и слова, которые выскочили вопреки его воли:

— Я бы на это посмотрел!

Время поджимало. Пришлось вздохнуть,  застегнуть свой костюм и открыть дверь в коридор.

— Я с удовольствием узнаю, на что вы способны, — улыбнулся он, пользуясь тем, что в этот момент отвернулся. — А сейчас добро  пожаловать в ад!

Они шли по коридорам. Сначала пустым  — пока переходили тот отсек, где работала команда Бена. Затем им по пути стали попадаться люди в таких же костюмах. Но и эти коридоры остались позади. В тот отсек, куда они пришли,  никто не гулял. Из-за закрытых дверей палаты доносились крики и стоны.

Один раз они встретили санитара с тележкой. Там, на окровавленных простынях лежало то, во что превратила болезнь человека.

Они остановились около стола, за котором никого не было. Бен повернулся к Эрин. некоторое время молчал, словно думал: стоит ли ей говорить. А потом решился.

— Здесь лежат больные в третьей стадии болезни. У них уже не просто лопаются сосуды, но кровь, как злобный червяк, прорывает себе путь через плоть. Некоторое время мы пытались делать переливание. Хотя, конечно, данная процедура имеет мало общего с тем, что приходилось творить. Но у нас не было столько крови, чтобы вновь и вновь вводить ее в разрушающее тело. Тогда мы стали собирать ту кровь, которая выделялась, очищали ее, и направляли обратно. не все было гладко, но для 85% пациентов мы выиграли у смерти дополнительные сутки. Но от них пришлось отказаться. Это были сутки боли. Но сейчас нам нужна пятая группа… добровольцев, — подобрал Бен слово, чтобы заменить не очень приятное — «подопытных». — А значит, есть смысл вернуть ту процедуру, чтобы наши счастливчики дождались лекарства. Не хочешь выбрать палату?

Он не стал озвучивать того, что, возможно, их метод не сработает, и тогда люди просто продлят себе мучительное существование.

Те, кто был болен тромбоцепией и находился в третьей стадии заболевания, уже не знали, что такое уютная кровать. Они спали на сетке, находящейся на поддоне. Кровь туда стекала, а раз в два-три часа санитар сливал то, что натекло.

Вместо людей на таких «койках» лежали тени — скелеты, обтянутые кожей, по которой текли кровавые реки.

Быть может зря он позвал Эрин с собой?

— Если ты не готова, то можешь остаться здесь.

Опубликовано Бенджамин Лоуренс в категории "